• Отметить все форумы как прочтённые
  • 8 ноября 2009 г.

    Подборка проповедей о.Алексия Гомонова на воскресных молебнах Петру и Февронии

    8 ноября 2009 г.

    Сообщение Максим Тихонов » 23 ноя 2009, 15:49

    Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь. Ходит девушка, женщина молодая на молебен Петру и Февронии, молится о даровании супружеского счастья, то есть, чтобы встретить того самого, с кем она будет счастлива. Рассуждает современная девушка, женщина так. Он должен быть решительным, он должен быть таким, чтобы я за ним как за каменной стеной. Это значит, деньги чтоб были, ну, ворованные деньги меня не устроят, это значит, должен быть начальником, занимать пост. Итак, решительный, начальник, хорошего уровня начальник, чтоб денег было достаточно, так. Еще какой? Красивый. Зачем мне некрасивый? Красивый должен быть. Еще какой должен быть? Крепкий очень, сильный и характером, и физически. Еще какой? Ну, достаточно.

    Молится-молится и получила. Красивый, решительный, голос как горный ручей громоподобный, глаза жгучие, брови вразлет. Крепкий, как-то сразу спикировал и говорит: «О, вот она, удивительно, о тебе я и мечтал». Растаяло сердце девушки, женщины, смутилась. Еще больше смутилась, когда она пешком шла до метро – не хватило храбрости с ним поговорить на молебне Петру и Февронии, а он ехал за ней, погасив ночью фонари, крался за ней, машина еле пробиралась, такая широкая, такая огромная, продрался до метро, дальше уехала она. Скорей бы следующий молебен! Она уже навела марафет еще лучше, как же женой быть такого начальника, надо показать, что я готова для этого уровня. Он обомлел еще больше: «Да ты же мне просто снилась, это ты, та самая, помнишь, ты мне снилась?». Зарделась. «Как долго я тебя ждала», - думает она в душе. Правду говорить неудобно сразу. Сели пить чай, потом кино прямо в храме, потом скрипка, скрипка еще больше разбередила душу, он не выдержал и говорит: «Завтра к маме на смотрины». Мама одобрила, все домашние аплодировали долго. Ну, что теперь остается? Жениться. Батюшка говорит: «Не спешите, надо как можно лучше узнать друг друга». - «Батюшка, ты чего, чего узнавать-то? Она же мне снилась!» - «А он как раз воплощение того, что я желала. Я же у Петра и Февронии просила! Не как-то там выбирала, а они дают только от Бога, только по Божьей воле. Чего еще ждать, батюшка, выяснять?». Свалили батюшку, связали, скрутили: «Ладно, венчайтесь приходите, расписывайтесь». Расписались, венчались. «Нет, такого на земле счастья не бывает!» - думала она. А он, сжигая лавой своей любви, носил ее в свадебном путешествии от Северного полюса до Южного, крутил ее на орбите спутника Земли, вел под воду в батискафе, все показал.

    Свадебное путешествие закончилось, начались трогательные будни с яичницей и глажением рубашек. «Господи, - думала она, - да и работать не надо, вот дети появятся». Больше на молебен Петру и Февронии она не ходила. Зачем? Во-первых, все получила. Во-вторых, жалела подруг – ведь усохнут, видя, какое счастье ей привалило, просто засохнут, разочаруются – второго такого в мире просто нет. Не ходила на молебен Петру и Февронии… Дома встречала, провожала, готовила, готовилась: «Скоро у нас будет первенец, я чувствую, мы же хотим, мы же любим, я чувствую, будет, скоро будет, я готовлюсь». «И я готов», - он говорит. Ждут.

    Что-то она стала к маме позванивать и подъезжать, шушукаются. Деньги занимает? Нет, он все исправно выдает, покупает, оплачивает. Что это там у них с мамой? Думает он: «Женские секреты, конечно, они». А мама все больше хмурится, все больше озадачивается. Он как-то заметил это настроение мамы при встрече. Очень занят, не может часто видеться, поэтому не умеет читать лицо мамы. Подумал: «Наверное, все-таки дитя уже, а она скрывает от меня». «Так у нас дитя или нет?» - «Ждем, - говорит жена, - ждем». А сама печальная иногда. «О чем же они с мамой судачат?» – думает он. Думает, ездит на работу, приезжает с работы, живут – отдельная квартира, терем – ни в сказке сказать, ни пером описать.

    Мама идет к батюшке. Батюшка спрашивает: «Ну, как? Уже так быстро?». «Да», - мама говорит. - «Что, не прошло и трех месяцев?» - «Не прошло». «Да, а я думал попозже наступит», - говорит батюшка. Мама говорит: «Да вот, все критикует – это не так, это не так». «Ты мне, конечно, снилась… - говорит он ей, жене своей возлюбленной, любимой, единственной на свете. - Но, ты понимаешь, у меня пост, у меня положение, мне нужно то-то и то-то, такие-то складки на брюках, такого-то блеска ботинки, мне нужна такая-то калорийность питания, я устаю, мне хочется видеть в тебе то-то и то-то. А у тебя не то. Я понимаю, время трудное, родители у тебя хорошие, но вот я тебя дочищу, довоспитываю, сделаю из тебя граненый бриллиант, я ж тебя люблю». И гранит, гранит ее, огранивает. Она такая с виду покорная, но к маме стала без конца бегать – уж очень больно, когда без конца гранит, огранивает, без конца шерстит, снимает стружку. А батюшка вызывает девушку потускневшую, говорит: «Ну что, трудно тебе? С личностями уровня твоего мужа (это же один на весь белый свет, это удивительная личность, неподражаемая) ох, как трудно с такими талантами дело иметь, ох, как трудно! Он же целым производством правит одной левой, а правой подумывает еще на большее замахнуться. Сейчас-сейчас он с твоей помощью хочет набрать силу, и дальше начальство приготовило ему уже трамплин, говорит: «Ты теперь женатый, теперь у тебя дети пойдут, теперь мы будем готовить из тебя… Пока не скажем, чтобы голова твоя не закружилась, но твое будущее великое». Батюшка говорит ей: «Трудно иметь дело с такими, он же тебя любит?» - «Ой, говорит, что любит». - «Что не любит, что ли?» - «Да нет, все для меня делает». - «А ты его любишь?». После паузы сказала: «Я устала, батюшка, - она не ответила на вопрос, - я устала, хоть бы дух где-нибудь перевести от этой непрестанной учебы с экзаменами на зрелость супруги, подруги жизни, соратницы по карьере». Батюшка говорит: «Приходи ко мне – у меня платков много, слезы буду утирать тебе, все утру, приходи».

    Он пришел на исповедь. Пришел, бухнулся на колени – крутой лоб, широкая спина, выдохнул исповедь, пахнул пафюмом, чуть не сшиб батюшку с ног этим запахом.
    - Батюшка, Вы мне помогайте советами, я хочу все делать по-Божьи.
    - Сейчас помогу, - говорит батюшка, - вы друг друга-то любите?
    - А как же? Люблю, конечно!
    - Ну, да, ты ее любишь, а она тебя?
    - Батюшка, странный вопрос.
    - Почему странный? Достаточно прошло, месяца четыре, можно подводить уже итог ваших чувств на сегодняшний день.
    - Ну, говорила, что любит.
    - Когда говорила?
    - Ну, когда мы вокруг земного шара крутились в свадебном путешествии.
    - А сейчас?
    - А что вы, батюшка, подозреваете, что уже меньше любит?
    - Она тебя учит?
    - Она меня? Чему меня учить? Я все знаю.
    - Значит, только ты ее учишь?
    - Ну да, я ей подсказываю.
    - При всех подсказываешь?
    - При своей маме подсказывал?
    - Нет.
    - При ее маме?
    - Подсказывал.
    - При ее братьях, друзьях подсказывал?
    - Подсказывал.
    - А ты щади ее, ты наедине подсказывай. Ты же имеешь дело с живым человеком со своим самолюбием, со своими укоренившимися привычками. Да, в 25 тоже кое-что укоренилось. Но самолюбие делает человека послушным, внушаемым до определенного момента, а там дальше барьер – либо мимо ушей, либо обида и горечь. А что вы делаете в субботу?
    - Я отсыпаюсь.
    - А жена что делает?
    - И она отсыпается.
    - Она-то отчего отсыпается – она дома сидит?
    - Ну, не знаю, говорит, отсыпается.
    - Значит, ты живешь только в свое удовольствие – подчинил ее полностью, запряг, воспитываешь и думаешь, она довольна такой жизнью.
    - Батюшка, а что Вы подозреваете?
    - Да, ты руководишь большим коллективом, у тебя рука твердая – в ней кормило огромного количества характеров, судеб, при твоем уровне нельзя быть слабеньким, мягеньким, производство требует сильной руки и характера. Но жена-то твоя не производство, жена-то твоя – живая душа.
    К чему это говорится? – Не мечтать девушке, женщине получить такого? А какого еще? Тюрю? – Тогда он не может быть с деньгами. Половинку этого? – Ну, а если такой попался, если такого дали Петр и Феврония, это же от Бога? – Да, от Бога.

    Вымышленный образ, он же и собирательный. Не только от руководителей предприятия, доставшегося в мужья, страдает самолюбие жены, и распадается семейное счастье. У них семья может остаться внешней своей канвой – для карьеры так надо, да и что же рубить, бросать семью. Но внутри уже счастья нет. Итак, вымышленный образ, а в нем несколько сконцентрирована главная мысль, по которой распадается семейное счастье, а вместе с тем, и многие семьи. Люди не щадят друг друга, люди живут своим представлением, как другой должен жить рядом с ним. Как устроить счастье другому, он решает сам, корректировки в жизни вносит, только когда трещит по швам. А батюшка говорит: «Служить друг другу в браке». «Это что я должен носки себе стирать? - говорит кандидат на великий пост, - Это что я должен себе и ей жарить яичницу? А на что тогда жена? Даже если она работает и устает. Где же тогда уважение к мужу? Должно же быть разделение мужского и женского! «Да убоится жена мужа своего» – это на все времена, это на все стороны жизни».

    Может быть, иначе строить отношения в семье? Может, каждому приглядываться к другому, которого Господь дал для заботы, для семейного счастья? Заботился ты о себе, о предприятии, заботилась о тебе мама, а теперь ты выходишь замуж или женишься, теперь ты заботься о других – о ней или о нем, о детках. Ну и что, что предприятие? – Там ты начальник, а здесь ты не тиран, не властелин, здесь ты любящий муж, а ты любящая жена, а любящие не шашкой размахивают, не указкой указывают, как жезлом царским, они думают, как устроить счастливый день, ну, допустим, субботний. Что бы такое сотворить, чтобы и выспаться и, вместе с тем, день был украшен? – Мы так ждем этих выходных дней, чтоб такое надо придумать? Хоть и детей нет, надо придумать что-то. Она придумывает, он придумывает. Приближается праздник, и вот воплощение. Господи, сюрпризы какие, как радостно! Да и с детьми праздники еще веселее. Бац, прекрасный стол. «Что у нас сегодня за праздник?» – спрашивает малыш. Папа чешет затылок, смотрит в календарь церковный – рядовой день. Мама говорит: «У нас сегодня выходной день – вот какой праздник!». «У нас так будет всегда?» - спрашивает малыш. «Я буду стараться, - говорит мама, - если денежки будут». В следующий раз папа думает, что бы такое организовать, и организовал поездку в Архангелькое – осенняя листва, красивые парковые строения, уютные кафе, тишина, как здорово нам москвичам укрыться там, побродить, подышать свежим воздухом! Так они и выдумывают один другому для всей семьи, чем послужить, чем украсить свою жизнь, жизнь своей семьи, общую жизнь. Где здесь диктат, где здесь указка, где здесь огранка то наждаком, то резцом, чтоб довести до совершенства бриллианты, доставшиеся от Господа? Здесь все в любви, здесь все в служении совершается без боли. Не без исповеди, не без покаяния, не без молитв, но как-то спокойно проходят притирку, как-то мирно узнают друг друга, как-то подстраиваются друг под друга не двоедушно, а в духе любви, с желанием, чтобы семья была не производством, а счастливым и теплым гнездышком. Оказывается, и так можно влиять друг на друга, и так можно измениться, подстроиться, стать единым целым. Убираются шипы, несовпадения, устраняются недостатки воспитания к этому возрасту, но здесь нужно иметь мудрость и сохранять первую любовь. Здесь не обойдется без молитвы, особенно на молебне Петра и Февронии – надо продолжать ходить. У них же были великие смущения в начале супружеской жизни, они преодолели, теперь и нам помогут преодолеть. Почему только на стадии поиска Петр и Феврония? – Всегда. И здесь, и в домашних молитвах, на особенной исповеди, Причастии, где я каюсь во всех своих срывах, может, даже не заметных другой половине, но была осечка в мирности, настроении, был некогда испорчен праздник, заискрило в отношениях: «Каюсь, батюшка, помогите советом, молитвой». «Молимся, - говорит батюшка, - вот тебе совет». Господь управляет.

    Не будем бояться иметь мужем любого ранга начальника, пусть носит деньги, пусть устраивает большое счастье одной рукой, другой управляет производством. Я сознательно иду на трудности после такой проповеди, я понимаю, что жить можно, только очень трудно. Я буду согревать его сердце, чтобы оно, сейчас пламенный мотор, «все выше, все выше и выше», как в той песне про авиаторов, чтобы оно согрелось, стало чутким, грозным для разгильдяев на работе, твердым для всего рабочего коллектива, но теплым для семейных отношений. Богу все возможно, Он меня подкрепит, батюшка утрет мне слезки, покаяние даст мне силы, нетерпеливой, а впрочем, это можно отнести в любую сторону. Ведь и среди женщин бывают подобные Тетчер. Аминь.

    08.11.09, о. Алексий Гомонов, храм Успения Пресвятой Богородицы в Путинках http://www.club-pif.ru
    Максим Тихонов
    Член клуба
     
    Сообщения: 864
    Зарегистрирован: 22 июл 2009, 00:43

    Вернуться в Проповеди

    Кто сейчас на конференции

    Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1